Продавцы впечатлений

Россия занимает унизительное 59 место в международном рейтинге конкурентоспособности туристской отрасли, приведенном в отчете Всемирного экономического форума (ВЭФ). Эта позиция не изменилась с 2009 года. Проблемы те же: отечественная Федеральная программа по развитию въездного и внутреннего туризма перечисляет их как «отче наш»: недоразвитая или отсутствующая инфраструктура, некачественный сервис, разрушающиеся памятники, мало денег, мало профессионалов, мало рекламы…

В своем рейтинге эксперты ВЭФ поставили Россию на 136 место (из 139) по показателю дружелюбности населения к зарубежным гостям. Особенности отношения к «своим» нигде не упомянуты, хотя уже стало общим местом, что в регионах не любят «зажравшихся москвичей», а «москвичи» не любят невежливых официанток.

89% иностранцев, побывавших в России, возвращаться не собираются: дорого, некомфортно, скучно. Внутренняя статистика не менее показательна: 39% россиян никогда не отдыхали в России, а 22% совершили свое последнее «большое русское путешествие» более 10 лет назад (опрос «ФОМнибус» 2011). Поездки к бабушке в деревню и в Питер к друзьям на выходные не считаются: туристическая отрасль на этом ничего не заработала.

Почему туризм — не «наше всё», если тот же рейтинг ВЭФ ставит Россию на 4-е место по привлекательным для туризма природным ресурсам и на весьма достойное 13-е — по культурным? Может, проблема в национальном менталитете? В исторических корнях вопроса?

История вопроса

Алексей Митрофанов, краевед, историк и журналист, автор серии книг «Городские прогулки» и серии книг о старой Москве — удивлен, что предположение о внутреннем туризме вообще имело место быть.

- Житель Владимира ни за что бы не поехал в Кострому осматривать достопримечательности. Бедный бы дома остался, богатый отправился бы в столицу или на воды. Не обязательно в Баден-Баден. Можно в Липецк. Тогда липецкие воды были довольно известны. По России путешествовали только иностранцы: в Западной Европе раньше появился интерес к городам, в начале XVIII века. Иностранцы приезжали удовлетворить любопытство. По России проехался маркиз де Кюстин. Дюма-отец путешествовал по России, Льюис Кэрролл. Джон Стейнбек, Герберт Уэллс. Заметьте, по большей части путешествовали писатели. Реже — обычные туристы, которым лишь бы рассказывать потом, что они в России побывали. Ямские станции были одним из символов российской отсталости. Свежих лошадей вовремя не получишь, вокруг некрасивые злые лица, повсеместно — клопы и отвратительная пища…

Выпить-то, говорит Митрофанов, по дороге всегда было где. Возможно, потому, что все прочие условия путешествия были экстремальными. «Проклятая коляска требовала поминутно починки. Кузнецы меня притесняли, рытвины и местами деревянная мостовая совершенно измучили. Целых шесть дней тащился я по несносной дороге и приехал в Петербург полумертвый ... и, по зимнему пути возвратясь в Москву, с той поры уже никуда не выезжал». Это уже не Митрофанов, это Пушкин, «Путешествие из Москвы в Петербург».

Из любопытства по России ездили разве что иностранцы со страстью к приключениям да члены Санкт-Петербургского «общества туристов и велосипедистов» и «Русского географического общества».

В советское время по понятным причинам количество «внутренних туристов» резко возросло — больше-то все равно ехать было некуда. Зато каждый ребенок хотя бы раз побывал в летнем пионерлагере — некоторые даже на море, каждый хоть чуть-чуть, да пожил в палатке на берегу какой-нибудь тихой реки. Путевки в пансионат, лыжные походы, Грушинский фестиваль, собиравший тысячи людей.

Потом все опять изменилось. Современный россиянин скорее поедет в Турцию, чем на Селигер; в Болгарию, но не в Забайкалье. Сегодня по России, как в XIX веке, путешествуют в основном искатели приключений и писатели.

Терра инкогнита

Вячеслав Ипатьев, гендиректор компании «ТурСервисЦентр», член Российской Академии туризма и Координационного Совета по развитию туризма, подтверждает историческое наблюдение:

- Если человек любит экстремальный отдых, он, скорее всего, по России путешествует. На Алтай, на Камчатку...

А остальные? По наблюдениям Ипатьева, 90% людей предпочитает пляжный отдых. Этакий современный аналог «липецких вод». В России первое, что приходит в голову, — Черноморское побережье. Оно в рекламе не нуждается. Но рядом есть более дешевые и качественные в плане сервиса Турция, Крым и Болгария. Которым сделали рекламу сами россияне цифрами выездной статистики.

Реклама (информация) — ключевое слово. Чтобы начать путешествовать по собственной стране, россияне должны о ней что-то знать. Студенты престижного экономического ВУЗа не могут показать на карте Хакасию, а Хибины считают китайской провинцией. Россия — незнакомая, неизвестная собственным жителям страна.

- Многим психологически кажется, что они свою страну уже знают. В СМИ что-то рассказывали. На поверку это не так. Отдых и туризм в России нуждаются в мощной популяризации. Нужно продвигать регионы, потому что у них самих нет таких возможностей, знакомить людей с культурой Сибири, Дальнего Востока. Якутия, Магадан. Русский Север — Карелия, Красноярский край

С Ипатьевым полностью согласен Тимофей Рогожин, гендиректор турфирмы Russia Discovery, только свои соображения он излагает с восклицательными знаками. По его словам, средний россиянин — существо ленивое, привыкшее получать информацию на тарелочке. А информацию о возможностях отдыха в России ему взять неоткуда. В лучшем случае ее нужно упорно разыскивать. Тимофей считает, что доступность информации на данном этапе важнее, чем пресловутые цены или сервис.

- Россия — белое пятно! Единицы представляют себе страну. Иностранцы — в основном по Санкт-Петербургу, Москве и Золотому кольцу. Транссибирская магистраль — тоже успешный у иностранцев бренд. Но о Камчатке и Байкале уже мало кто знает. Как думаете, сколько человек посещает Оймякон в год? 20-30 человек! Включая тех, кто приехал самостоятельно. А сколько, по-вашему, в Яндексе ежемесячных запросов по словам «тур на Ямал»? Можете не гадать, сам скажу: меньше 100 человек. Как можно захотеть того, чего мы совершенно не знаем?!

- В России нужно внедрить идею того, что туризм — это доходы страны, — подхватывает заочный диалог Вячеслав Ипатьев. — У нас об этом только в специализированных учебниках пишут. А нужно — в газетах! В том же Оймяконе пять туристов, пожив два дня, оставляют денег столько же, сколько все село за 2-3 месяца зарабатывает. Но нам проще экспортировать нефть, чем делать деньги «из воздуха». Ведь туризм — это продажа воздуха, продажа впечатления, но мало кто это понимает. Такая экономическая безграмотность!

Продажа впечатления

С недавних пор «экономически грамотные» города и регионы, в отсутствие нефти, озаботились первичной «продажей воздуха». Иными словами, своего уникального образа, бренда. Причем некоторые создают его буквально на пустом месте. Подробнее — в нашем материале «Купи козу» о брендинге малых городов.

Предположим, уникальный образ успешно продан и турист «купился». Переходим к следующему этапу: цена вопроса. Вячеслав Ипатьев приводит простую арифметику своего бизнеса. Стоимость тура складывается из транспортных расходов, проживания, питания, экскурсий. Якутия без авиаперелета — 1000 долларов в неделю.

- Пешеходные экскурсии дешевые. Но как только задействуется транспорт, то цена подскакивает до 1000-1500 рублей в час. А что вы хотите при цене 34 рубля за литр 92-го бензина? Перелет Москва — Якутск стоит 35-40 тысяч. Вот только сегодня написал человек из Сингапура, хотел приехать. Но узнал цену на перелет и отказался. У меня есть табличка, куда я заношу звонивших, а отказы потом помечаю красным. Так у меня полтаблички красные! Вот вам монополизм в авиаперевозках…

Туристы не едут, конкуренции нет, монополисты держат высокие цены, туристы не едут — и так далее по кругу.

- В нашем регионе, в Якутии, активности пока нет, а могла бы быть. Аналогичные природно-климатические условия на Аляске, но она в год зарабатывает 2 миллиарда долларов на туризме. А мы столько же на алмазах. Причем в регионе остается 10%, все остальное идет в федеральный бюджет. На Аляске же эти два миллиарда идут на развитие региона. А ведь там жителей в два раза меньше, чем в Якутии, территория раз в десять меньше…

Однако находятся такие, кто платит и едет. В экспедиционный круиз к земле Франца-Иосифа (от 9000 евро), в Карелию на «Школу джипера» (от 23900 рублей), в Якутию на «Школу каюра» (от 62000 рублей), в конный поход на Фишт (от 21000 рублей)…

Когда Ипатьев говорит о «продаже впечатления», он имеет в виду то, что турист за свои кровные получит. А именно — сервис, человеческое отношение и оправданные ожидания. Чтобы турист захотел вернуться или, как минимум, разнес благую весть о своем удачном путешествии по друзьям, знакомым и соцсетям.

Случайные люди

«…смотрители со мною не церемонились, и часто брал я с бою то, что, во мнении моем, следовало мне по праву. … Столь же долго не мог я привыкнуть и к тому, чтоб разборчивый холоп обносил меня блюдом на губернаторском обеде. Ныне то и другое кажется мне в порядке вещей». Писатель и путешественник Пушкин, «Станционный смотритель».

Существует распространенное мнение, что со времен Пушкина (или царя Гороха) сервис в России не улучшился. Что жители периферии туристов не любят, не желают, не обслуживают как следует. Павел Разин, кандидат социологических наук и по совместительству путешественник, имеет на этот счет свое мнение.

- Местные жители вполне дружелюбны. Люди всюду дружелюбны, если вести себя нормально. Нет никакой зависимости между русским характером и, скажем, качеством гостиниц. В далеком Кирове есть гостиницы европейского уровня. Дорогие они, правда...

Считается, что менталитет русского человека «не заточен» для работы в сфере сервиса. Неприятно бывшему советскому гражданину становиться «халдеем», «разборчивым холопом». Есть такое понятие как «социальный престиж профессии». Понятие есть, престижа нет.

- О престиже профессии должны заботиться те, кто в этом заинтересован: туроператоры, участники действия, — убежден Разин. — Практически же не заботится никто, потому что им нужно быстро делать деньги, а не думать, что через 50 лет будет с этим дурным поколением. Время, видите ли, такое. Сейчас вообще нет людей, которые способны работать, особенно на периферии, начиная с автосервиса и заканчивая муниципалитетом. Всюду случайные люди…

Как глава крупной турфирмы, Тимофей Рогожин 200-250 дней в году ездит по стране «профессиональным туристом». На вопрос о нерадивости и нерадушии «местных» взрывается:

- Бред это! Россказни тех, кому не повезло. К туристам относятся совершенно нормально, никакого «развода на деньги». Могу только припомнить саамское село в Мурманской области. Там у селян последние 2-3 года тренд выкачивать деньги из туристов вместо справедливого обмена «деньги — услуга». Да, есть места, куда лучше не приезжать без приглашения — некоторые аулы, часть населенных пунктов Хакасии и Тывы. Но так сложена культура местных жителей — они никого особо не хотят видеть. А в большинстве мест к туристам относятся очень гостеприимно.

Тимофей злится не на людей, а на государство. Говорит, что нет у государства интереса к туризму. С ним согласны эксперты ВЭФ: в уже упоминавшемся рейтинге Россия стоит на 122 месте по показателям приоритетности для государства туристической отрасли, на 119 — по эффективности маркетинга и брендинга в туризме, на 91 — по государственным расходам на туристскую отрасль.

Мешают работать лакуны в законодательстве. В России никак не регламентируется деятельность профессионального гида-инструктора, много проблем со страхованием. Тимофей приводит частный, но показательный пример, как провалилась попытка его турфирмы Russia Discovery устроить в одном из регионов сафари на снегоходах. По российским законам, управлять снегоходом может только человек с правами тракториста-машиниста категории A. При этом в региональных Транснадзорах нет техники, чтобы инструктор на эти права сдал. В других странах такой проблемы нет: годятся любые права.

- Мы работаем «вопреки» и регулярно думаем, надо ли нам это. В России просто труба с активным отдыхом. Я ничего спрогнозировать не могу, тенденции меняются случайным образом — то Камчатка «выстрелит», то Сахалин. Когда по ТВ показывали сериал «Маршрут» с Абдуловым, появился всплеск интереса к Адыгее. А фильм «Как я провел этим летом» интереса к Чукотке почему-то не вызвал…

А как же Федеральная программа по развитию туризма на 2011-2018 годы? Если все пойдет по плану, по «Серебряному кольцу России» будут проезжать 9 миллионов туристов в год, Забайкалье будет принимать за год 1,5 миллиона человек...

- Да бросьте, таких программ на моей памяти штуки три было, а я всего 11 лет в турбизнесе. Это даже не воровство, а похороны денег. Здравница Краснодарского края — миф, утопия. Проект «Голубая Катунь», правда, хорошо пошел, но провалилась Байкальская зона, туризм в Калининградской области даже не начался. В управленцах, занимающихся туризмом от государства, сидят случайные люди! Официальная цифра гласит, что Ямал в прошлом году посетило 28000 туристов, а на самом деле, если исключить командированных и гастербайтеров — 318 человек всего…

Вместо эпилога: частный случай

Владимир Севриновский — путешественник и, что характерно, писатель. Объездил в одиночку пол-России, в следующем году собирается объездить вторую половину и написать об этом книгу. По части наблюдений за особенностями «национального менталитета» может дать фору любому психологу.

Как известно, бытие и сознание друг друга хитрым образом определяют. По наблюдениям Владимира, молодое поколение, выросшее в современной России и имеющее доступ к мировому информационному пространству, на той самой «периферии» создает новые тренды.

- Многие жалуются, что турбизнес в России невыгоден, что туризм не развивается потому, что не создана инфраструктура. Иные сетуют на особенности национальной психологии, другие обвиняют государство… Но обычные люди способны творить чудеса, а порой — решать проблемы, над которыми десятилетиями безуспешно бьются политики и экономисты! Один, пока заграничный, пример: еще недавно арабский центр библейского Назарета был опасен не только для евреев, но и для самих арабов. Все изменилось, когда опытному бэкпэкеру Маосу Инону удалось договориться с одной из арабских семей и открыть в их фамильном доме совместный арабо-еврейский хостел. Многочисленные гости способствовали появлению уютных кафешек, за первым успешным проектом последовали другие, и теперь в Назарете можно совершенно спокойно гулять и днем, и ночью.

Пример в комментариях не нуждается, разве что стоит пояснить, кто такие «бэкпэкеры». Эти люди носят потертые джинсы и скромные футболки. Они не пользуются услугами дорогих турагентств, предпочитая свободные путешествия с книжкой-путеводителем. Они редко ходят в рестораны и экономят каждую копейку. И, тем не менее, они приносят огромные доходы мировой туриндустрии — потому что их много, и они приезжают не на пару недель, как богачи, а путешествуют по стране долгие месяцы.

Для экономных бэкпэкеров по всему миру создают хостелы — бюджетные мини-гостиницы. Но, может быть, этот опыт на нашу страну не распространяется? Во время своего недавнего путешествия по Сибири и Дальнему Востоку Владимир убедился, что это не так:

- Если в путеводителе Lonely Planet выпуска 2003 года утверждалось, что во всей Сибири существует единственный «правильный» гостевой дом — Nikita’s Guest House на острове Ольхон, то за прошедшие годы хостелы европейского уровня возникли практически во всех популярных туристических точках Транссиба от Москвы до Улан-Удэ, а отдельные «пионеры» появляются и на Дальнем Востоке.

Большинство хостелов, в которых Владимир останавливался этим летом, названия имеют нерусские: кроме Nikita’s Guest House были еще Ulan Ude Travellers House в Улан-Удэ и SeeYou во Владивостоке. Это почти автоматически означает, что публика в них останавливается молодая, интернациональная, что персонал хостела говорит по-английски, что места можно забронировать через международные сайты, а внутри есть бесплатный интернет и Wi-Fi. Помимо обязательных чистых простыней и подметенного пола.

Денис, хозяин хостела в Улан-Удэ, приехал в город из Иркутска в прошлом году. Десяток лет он работал в туриндустрии, копил деньги и опыт, пока не смог, наконец, открыть собственное дело. И — не промахнулся.

- Моя цель — добиться на hostelworld.com рейтинга 100%, — говорит Денис. Сейчас у его гостевого дома рейтинг 92%, а это значит, что он привлекательнее всех хостелов Москвы, абсолютного большинства хостелов в Европе, да и во всем мире. Об этом же свидетельствуют и восторженные отзывы путешественников. Иностранных и русских.

- Хозяева этих маленьких гостиниц не вкладывали в бизнес бешеных денег, а всего лишь следовали простым и понятным правилам, которые, в сущности, сводятся к одному: к клиентам надо относиться по-человечески, — говорит Владимир, объездивший три континента. — Дружелюбная атмосфера, надежность и предсказуемость — это главное. Договоренности, даже устные, должны соблюдаться, ведь каждый негативный отзыв способен отпугнуть десятки людей, и бизнесу придет конец. Эти ребята не кивают на Запад, а успешно используют западный опыт в наших реалиях. Не копят обиды на свою страну, а делают ее лучше. И зарабатывают на этом деньги. Таких людей с каждым годом становится все больше, и это дает повод для оптимизма.

Когда-нибудь по России будут ездить не только писатели и искатели приключений. Может, это случится уже при нашей жизни. С национальным туристическим менталитетом, как выяснилось, все в порядке.

Валентина Петрова